Когда Вовирка грустно вздыхает и мирно вопрошает, как же я смогла дожить до моего возраста, я обычно хорохорюсь, надудониваюсь, бравирую и с вызовом ему парирую : Сам дурак!
Но на самом деле, в глубине меня, и так- совсем неглубоко, ногтем поддеть и вот оно- понимаю, что прав он.
Неосознанно пытаться самоубиться я начала ещё в самом начале моей жизни. Всего пару дней я находилась дома, и имя моё выбрано не было, но я уже пыталась скатиться с высокого дивана. Не получилось: в самый важный момент мимо проходил старший брат, увидел всё, что творилось, в прыжке подставил свою спину, по которой я благополучно и мягко приземлилась на пол. Головой, видать, я всё же тогда ударилась, потому как иначе я никак не могу объяснить себе факт того, что голова - моё самое слабое место: я ею всегда бьюся. Обо всё. Вовирка регулярно удивляется, что ж у меня такое с ней. А у меня с ней всё просто. У меня с ней недержание. Недержание головы. Ну, мотается она у меня во все стороны. Не знаю я. Пишу- она у меня падает на стол, опрокидываюсь на спинку дивана- она у меня бьётся об стену. И об углы бьётся, когда я перемещаюсь. Шея, вроде, длины нормальной, в тонусе, а вон оно как...
Опять же, когда была маленькой, я так стремилась поиграть в машинки моего брата, что как только он выходил из комнаты, я с грохотом неслась в ходунках из большой комнаты в Серёжкину. При этом предательски задранный угол ковра всегда!!! Постоянно!!! прекращал мои передвижения, и я с грохотом валилась в коридор. Но я не плакала, нет. Каждый раз (я это даже помню) я упорно пыталась доползти до комнаты, пока Сергей не прибежал на грохот. Обычно 8-летний брат добегал до меня быстрее, чем я доползала до его комнаты с вожделенными машинками.
Когда я уже подросла, Серёжка придумывал смешные игры: мы убирали все ковры в квартире, меня сажали на плед, а Серёга впрягался в него и носился по квартире. А я каталась, как на санях. Только самым смешным и важным было то, что Серёга должен был перемещаться очень быстро, так чтобы меня заносило на поворотах и я бабахалась в стенки. А ещё когда-то брат учил меня ориентироваться в темноте: посадив меня в чемодан, он гулял по квартире, а я должна была угадывать, где нахожусь. А потом ему позвонил друг, и он пошёл болтать по телефону. Долго. Очень долго. Я сидела в чемодане и тихо шкрябалась изнутри. Были ещё игры в бомбардировщика, где я была бомбой и меня кидали в стенки... вобщем, то-то было весело, то-то хорошо.
Я падала с деревьев. С качелей я сначала падала, а потом возвращающиеся качели, которые делали солнышко, били меня... опять же по моему больному месту. Зимой я с братом и его другом играла в хоккей. Шайба влетела мне в рот. Большая такая, хорошая шайба, тяжёлая. Сколько раз я падала с лесенок, на которых зависала вниз головой, я уже не знаю. Но много.
Однажды я провалилась в унитаз и не могла оттуда вылезти. Сидела и звала Серёжку на помощь, а он долго не приходил потому что не слышал. Зато идея ему понравилась, и он начал меня наказывать, усаживая в мокрую раковину, из которой я сама выбраться не могла.
Потом , лет в 5, я так здорово покаталась на детском велосипеде, что вдрызг перемолотила себе ногу, всунув её между звёздочкой и цепью. И долго лежала в больнице. И нога, и я.
Часть 2
Лирическое отступление
Часть 3, заключительная
Но на самом деле, в глубине меня, и так- совсем неглубоко, ногтем поддеть и вот оно- понимаю, что прав он.
Неосознанно пытаться самоубиться я начала ещё в самом начале моей жизни. Всего пару дней я находилась дома, и имя моё выбрано не было, но я уже пыталась скатиться с высокого дивана. Не получилось: в самый важный момент мимо проходил старший брат, увидел всё, что творилось, в прыжке подставил свою спину, по которой я благополучно и мягко приземлилась на пол. Головой, видать, я всё же тогда ударилась, потому как иначе я никак не могу объяснить себе факт того, что голова - моё самое слабое место: я ею всегда бьюся. Обо всё. Вовирка регулярно удивляется, что ж у меня такое с ней. А у меня с ней всё просто. У меня с ней недержание. Недержание головы. Ну, мотается она у меня во все стороны. Не знаю я. Пишу- она у меня падает на стол, опрокидываюсь на спинку дивана- она у меня бьётся об стену. И об углы бьётся, когда я перемещаюсь. Шея, вроде, длины нормальной, в тонусе, а вон оно как...
Опять же, когда была маленькой, я так стремилась поиграть в машинки моего брата, что как только он выходил из комнаты, я с грохотом неслась в ходунках из большой комнаты в Серёжкину. При этом предательски задранный угол ковра всегда!!! Постоянно!!! прекращал мои передвижения, и я с грохотом валилась в коридор. Но я не плакала, нет. Каждый раз (я это даже помню) я упорно пыталась доползти до комнаты, пока Сергей не прибежал на грохот. Обычно 8-летний брат добегал до меня быстрее, чем я доползала до его комнаты с вожделенными машинками.
Когда я уже подросла, Серёжка придумывал смешные игры: мы убирали все ковры в квартире, меня сажали на плед, а Серёга впрягался в него и носился по квартире. А я каталась, как на санях. Только самым смешным и важным было то, что Серёга должен был перемещаться очень быстро, так чтобы меня заносило на поворотах и я бабахалась в стенки. А ещё когда-то брат учил меня ориентироваться в темноте: посадив меня в чемодан, он гулял по квартире, а я должна была угадывать, где нахожусь. А потом ему позвонил друг, и он пошёл болтать по телефону. Долго. Очень долго. Я сидела в чемодане и тихо шкрябалась изнутри. Были ещё игры в бомбардировщика, где я была бомбой и меня кидали в стенки... вобщем, то-то было весело, то-то хорошо.
Я падала с деревьев. С качелей я сначала падала, а потом возвращающиеся качели, которые делали солнышко, били меня... опять же по моему больному месту. Зимой я с братом и его другом играла в хоккей. Шайба влетела мне в рот. Большая такая, хорошая шайба, тяжёлая. Сколько раз я падала с лесенок, на которых зависала вниз головой, я уже не знаю. Но много.
Однажды я провалилась в унитаз и не могла оттуда вылезти. Сидела и звала Серёжку на помощь, а он долго не приходил потому что не слышал. Зато идея ему понравилась, и он начал меня наказывать, усаживая в мокрую раковину, из которой я сама выбраться не могла.
Потом , лет в 5, я так здорово покаталась на детском велосипеде, что вдрызг перемолотила себе ногу, всунув её между звёздочкой и цепью. И долго лежала в больнице. И нога, и я.
Часть 2
Лирическое отступление
Часть 3, заключительная
no subject
Date: 2008-01-24 09:09 am (UTC)no subject
Date: 2008-01-24 11:19 am (UTC)Расскажи!!!
А про блатика, ага :))) старший блатик в доме- это зэ бэст, лучше не придумаешь!!! Он ещё много всяких смешных игр придумывал, я просто не писала. Он у меня ваще выдумляльщик большой :) И мне так нравилось! Я и не думала плакать- это ж всё так смешно и весело было!
А шайба... а чё там- дурное дело не хитрое. Я ж радовалась всё время, рот-то и был открыт. Но она так, не залетела унутр, а лупанула меня по рту и губам и отлетела. Мальчишки (Романовский и Серёга) даже сразу игру решили сменить. А зубы- ничё так, целы были :)
Вот с унитазом было обидно, даааа. мне уже 5 лет было. Я оченно хотела по делу маленькому, залетела в туалет, свет не успела включить, решила посидеть чуток на крышке, чтобы там успокоилось всё немного, плюхнулась с разбегу. А крышка поднята была. Я и увалилася тудыть. Зацепилась коленками да локотками, кричать боюсь- вдруг сорвусь, так, ныла тихо-тихо, пока спаситель мой не пришёл.
no subject
Date: 2008-01-25 04:59 pm (UTC)no subject
Date: 2008-01-25 05:35 pm (UTC)*ноет и в носу ковыряет* ну раааааскажыыыыыыыыыыте!!!
no subject
Date: 2008-01-25 09:02 pm (UTC)no subject
Date: 2008-01-25 09:08 pm (UTC)no subject
Date: 2008-01-26 12:05 am (UTC)no subject
Date: 2008-01-26 12:06 am (UTC)Ой, молчу-молчу, а то, глядишь, и в морду не долго... С Калапундром не шутят :)
no subject
Date: 2008-01-26 12:50 pm (UTC)no subject
Date: 2008-01-26 07:53 pm (UTC)no subject
Date: 2008-01-26 11:14 pm (UTC)no subject
Date: 2008-01-29 08:00 am (UTC)