![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
tazinkaА ещё... *объявляет очень торжественно* Сегодня ровно 25 лет назад у мамы Тамары и папы Саши родилась вторая дочка (это та, которая родилась в семье до попугая, крыски и рыбки... или рыбки и крыски? не помню последовательность, но точно после Юли...). И назвали девочку Мальчик.
Не, на самом деле девочку назвали Аней.
С Мальчиком мы знакомы уже... уже сколько-то много лет... хм... да лет 7-то уже точно знакомы. О! 7! моё любимое число. И Мальчиковое тоже.
Впервые Мальчика я увидела на ознакомительном собрании студентов первокурсников МГЛУ, где испуганным первокурсникам представляли их кураторов. Я была куратором 106-ой группы и ожидала свою очередь для представления. Собрание длилось уже минут 20, как вдруг в аудиторию влетела запыхавшаяся девочка в смешных гольфах, какой-то бешеной юбке и с "хвостом" на боку головы. Таранзон вздохнул: видно было, что у девочки в голове есть много интересного и творческого, но уверена я была, что девочка эта будет не в моей группе.
А потом начали поднимать студентов 106-ой группы, чтобы их куратор мог с ними познакомиться, а они, стало быть, могли познакомиться с куратором. Девочка встала.
А потом, в первый же день занятий, по своей традиции, Таранзон не забивал головы своих студентов грамматикой французского языка, а пытался узнать их лучше, узнать их взгляды и интересы (как-никак, а часа по три мы практически ежедневно с ними должны были проводить в тот год). Так и узнал Таранзон, что вовсе и не ошибся, что Аня (тогда она ещё не была Мальчиком) рисует, фотографирует, пишет и вообще всяко-разно творит своими руками.
Вот как-то так всё и началось. Типа, единение душ и иже с ними :)
Но были мы очень официальные, хотя и в очень хороших отношениях. А потом как-то Мальчуган заболел, и надо было ему делать уколы. В поликлинику Мальчик ходить ленился, и Таранзон сказал, что у него, Таранзона, есть замечательный старший брат, который на уколах «собаку съел» и готов делать эти уколы и Мальчику. Так Мальчуган стал вхож в дом Серёжки. И уже он «тыкал» Серёгу, но я так и оставалась Татьяной Владиславовной и на "Вы". В итоге однажды мы решили, что пора оформить наши отношения и перевести их на качественно новый уровень. Так и повелось.
Встречаясь с Мальчуганом, частенько мы «шухарились» у Серёжки в комнате, забившись в угол дивана, где мы всяко говорили глупости и радостно с них хихикали. Как-то Серёга, представляя нас кому-то из друзей, сказал: «А там вон, в уголке- две дурочки… В общем, Уголок Дурова там регулярно сидит». Так и повелось. И до сих пор, воссоединение Уголка Дурова происходит под глупые шутки, радостное хихиканье и улыбки.
Мальчик совершенно, ну то есть абсолютно не похож на мальчика. Чем всегда очень гордился, в отличие от Таранзона. И однажды Мальчик, насупленный и надутый губами, пришёл к Серёжке, где в тот момент находился и Таранзон: оказалось, что в тот жаркий день Аню, гуляющую в юбке и довольно-таки облегающей майке, трижды назвали мальчиком и молодым человеком. Аня обиделась. И с того дня Аня стала Мальчиком. Так и повелось.
Вместе с Мальчиком мы вместе каким-то удивительным образом пережили ужасную болезнь «бийкоманию» (от французского слова bille- шарик)- года два подряд мы скупали практически все стеклянные шарики, которые видели в магазинах. Болезнь была побеждена.
А ещё у нас с Мальчиком есть общая слабость- молочные коктейли и мороженое. Мороженое мы готовы есть практически всегда. Обычно это происходит внезапно: прогуливаясь где-то, кто-то из нас застревает на полуслове, а потом, быстро и почти нечленораздельно… нет, даже не говорит, шевелит губами: «Хочу морожка». Со временем «Хочу морожка» трансформировалось в «Чумарошка», а сами мы стали «Чумарохами». И до сих пор иногда наш разговор зависает в воздухе, и кто-то из нас, хитренько поглядывая на вторую, вопросительно: «Чумарошка?». В ответ, всегда с большим энтузиазмом: «Чумарошка!»
И Штепсель и Тарапунька направляются в ближайший магазин.
А вот и Мальчуган, на прошлогоднем праздновании Дня Бастилии.
Не, на самом деле девочку назвали Аней.
С Мальчиком мы знакомы уже... уже сколько-то много лет... хм... да лет 7-то уже точно знакомы. О! 7! моё любимое число. И Мальчиковое тоже.
Впервые Мальчика я увидела на ознакомительном собрании студентов первокурсников МГЛУ, где испуганным первокурсникам представляли их кураторов. Я была куратором 106-ой группы и ожидала свою очередь для представления. Собрание длилось уже минут 20, как вдруг в аудиторию влетела запыхавшаяся девочка в смешных гольфах, какой-то бешеной юбке и с "хвостом" на боку головы. Таранзон вздохнул: видно было, что у девочки в голове есть много интересного и творческого, но уверена я была, что девочка эта будет не в моей группе.
А потом начали поднимать студентов 106-ой группы, чтобы их куратор мог с ними познакомиться, а они, стало быть, могли познакомиться с куратором. Девочка встала.
А потом, в первый же день занятий, по своей традиции, Таранзон не забивал головы своих студентов грамматикой французского языка, а пытался узнать их лучше, узнать их взгляды и интересы (как-никак, а часа по три мы практически ежедневно с ними должны были проводить в тот год). Так и узнал Таранзон, что вовсе и не ошибся, что Аня (тогда она ещё не была Мальчиком) рисует, фотографирует, пишет и вообще всяко-разно творит своими руками.
Вот как-то так всё и началось. Типа, единение душ и иже с ними :)
Но были мы очень официальные, хотя и в очень хороших отношениях. А потом как-то Мальчуган заболел, и надо было ему делать уколы. В поликлинику Мальчик ходить ленился, и Таранзон сказал, что у него, Таранзона, есть замечательный старший брат, который на уколах «собаку съел» и готов делать эти уколы и Мальчику. Так Мальчуган стал вхож в дом Серёжки. И уже он «тыкал» Серёгу, но я так и оставалась Татьяной Владиславовной и на "Вы". В итоге однажды мы решили, что пора оформить наши отношения и перевести их на качественно новый уровень. Так и повелось.
Встречаясь с Мальчуганом, частенько мы «шухарились» у Серёжки в комнате, забившись в угол дивана, где мы всяко говорили глупости и радостно с них хихикали. Как-то Серёга, представляя нас кому-то из друзей, сказал: «А там вон, в уголке- две дурочки… В общем, Уголок Дурова там регулярно сидит». Так и повелось. И до сих пор, воссоединение Уголка Дурова происходит под глупые шутки, радостное хихиканье и улыбки.
Мальчик совершенно, ну то есть абсолютно не похож на мальчика. Чем всегда очень гордился, в отличие от Таранзона. И однажды Мальчик, насупленный и надутый губами, пришёл к Серёжке, где в тот момент находился и Таранзон: оказалось, что в тот жаркий день Аню, гуляющую в юбке и довольно-таки облегающей майке, трижды назвали мальчиком и молодым человеком. Аня обиделась. И с того дня Аня стала Мальчиком. Так и повелось.
Вместе с Мальчиком мы вместе каким-то удивительным образом пережили ужасную болезнь «бийкоманию» (от французского слова bille- шарик)- года два подряд мы скупали практически все стеклянные шарики, которые видели в магазинах. Болезнь была побеждена.
А ещё у нас с Мальчиком есть общая слабость- молочные коктейли и мороженое. Мороженое мы готовы есть практически всегда. Обычно это происходит внезапно: прогуливаясь где-то, кто-то из нас застревает на полуслове, а потом, быстро и почти нечленораздельно… нет, даже не говорит, шевелит губами: «Хочу морожка». Со временем «Хочу морожка» трансформировалось в «Чумарошка», а сами мы стали «Чумарохами». И до сих пор иногда наш разговор зависает в воздухе, и кто-то из нас, хитренько поглядывая на вторую, вопросительно: «Чумарошка?». В ответ, всегда с большим энтузиазмом: «Чумарошка!»
И Штепсель и Тарапунька направляются в ближайший магазин.
А вот и Мальчуган, на прошлогоднем праздновании Дня Бастилии.
